2 / 3
II: Fortississimo
Ноктюрн пламени и тьмы
II: Fortississimo
- Что скажешь, Мод?
Доктор твердокаменных наук с присущим ей хладнокровным педантизмом внимательно осматривала принесенный ей циклосиликат.
- Судя по характерной сетке минеральных каналов и газово-жидких включений, этот турмалин был добыт в крупном месторождении Минас-Жереберайс, на северо-востоке от Кантерлота. Самоцвет подвергся тепловому магическому воздействию, ‒ вынесла заключение минераловед.
- А как ты определила? – Старлайт с интересом вгляделась в переливающиеся грани королевского турмалина, который, ранее молчаливый, сумел “заговорить” лишь сейчас, в копытах настоящего профессионала.
- Камень не впитывает тепло, как остальные турмалины - он его отдает, ‒ невозмутимо пояснила подруга.
- Любопытно…
- Стоит обратить внимание на другой факт, ‒ Мод медленно моргнула и вновь перевела взгляд на объект исследования. – Этот образец был подвергнут термической обработке дважды. Первый раз – быстрому неравномерному нагреву магией до высоких температур, что привело к изменению его свойств, в том числе возникнению неоднородной окраски самоцвета.
- Разве?..
- Для опытного глаза это более чем оченьвидно, ‒ последовал ответ внезапным каламбуром.
- Это ошибка ювелира?
- Профессионально камень обработали уже во второй раз. Могу сделать вывод, что мастер целенаправленно попытался устранить последствия первого нагревания, но полного исчезновения неравномерности цветовых тонов добиться не смог.
- И как ты все это видишь… ‒ пробормотала Старлайт.
- Самоцветы с рудников Минас-Жеребейрас традиционно добывают для королевской и придворной знати уже примерно полторы тысячи лет. Кроме того, я не могу не отметить, что такой тип огранки не используется в ювелирном деле по меньшей мере пять веков.
Мод многозначительно посмотрела на подругу.
Старлайт замялась. Модалина Дейзи Пай понимающе кивнула:
- Ладно уж, храни свои секреты.
Старлайт проснулась в поту.
Отчаянно борясь с предательской дрожью, на негнущихся ногах, она подскочила к окну, отворила его настежь и судорожно начала хватать ртом тяжелый влажный воздух.
Где-то вдали мигнула вспышка света. Тучи сгущались.
Третий день Старлайт снился один и тот же кошмар. Туманность образов мутила рассудок, и она не могла понять, что же происходит с ней в этом круговороте мрачных размытых образов. Единорожка отчетливо чувствовала во сне, как внутри разливается жар, будто огненные языки обволакивают тело, а в ее груди пламенеет гнев, направленный на кого-то по ту сторону чернеющего мрака.
Кобылка кинулась к столу. Турмалин был горячим, словно в нем разгорелось пламя – так же, как и в ней сейчас.
…Скинув магическим взмахом все тетради, методички и канцелярию, Старлайт бросила на библиотечный стол кипу книг и тут же начала быстро пролистывать их.
- Ага, ‒ устало, но удовлетворенно, выдохнула единорожка, наконец, найдя нужную книгу. – “Искусство мастеров гильдии “Рекс Ляпис”, в которую входили лучшие придворные ювелиры, славилось по всей Эквестрии. Традиции их школы заложили основу многих современных методов обработки драгоценных камней. С помощью передовых технологий и инструментов ведущие мастера гильдии изготовляли украшения, предназначенные для элиты и королевских особ, что обеспечивало привилегированность их положения в иерархии всех ювелирных школ на протяжении десяти веков”.
Старлайт схватилась за “Архитектурное искусство Эквестрии через призму времени”. Шорох страниц, наконец, прервался, и Старлайт склонилась над схемой старого замка Двух Сестер.
- Вот оно, ‒ Старлайт довольно цокнула копытцами. Маленький участок с юго-восточной части замка был помечен гербом искомой гильдии. – Ну что ж, Старлайт, давненько ты не гуляла в исследовательских целях по безлошадным местам, ‒ хмыкнула единорожка.
Турмалин одобрительно сверкнул в пламени угасающей свечи.
“Дорогая Старлайт,
как ты просила, отправляю тебе текст заклинания пробуждения памяти неодушевленных предметов. После применения возможны временные побочные эффекты: головокружение, слабость и слишком натуралистичные видения.
Обязательно напиши мне о результатах своего расследования!
Будь осторожна.
Твой сердечный друг,
Санберст”.
…Деревья расступились, и сквозь туман пробились очертания древнего титана, погребенного в Вечнодиком лесу и оставленного в забвении на долгую тысячу лет. Старлайт осторожно пересекла хлипкий веревочный мост.
Темные шипы мрачных башен, зубцы покрывшихся трещинами стен, обвалившиеся своды залов и разбитые колонны – несмотря на устрашающий вид, замок выглядел молчаливым и покинутым.
Сверяясь со схемой замка, Старлайт старалась не задерживаться для осмотра местных шерсть-на-холке-поднимательных достопримечательностей. Окружающий лес, даже при правлении четырех принцесс-аликорнов, до сих пор оставался весьма опасным местом, неподходящим для променадов и пикников.
Наконец, кобылка-путешественница сумела разглядеть на каменной арке потертое изображение герба с двумя коронами и очертаниями трех ограненных самоцветов.
Руины ювелирной мастерской встретили нежданную гостью гробовым молчанием. Они давно были опустошены залетными искателями приключений, но самое интересное, как знала единорожка, хранилось явно не на поверхности. В своих прежних странствиях она накопила определенный опыт исследования подобных заброшенных мест.
Поисковое заклинание разбежалось россыпью светящихся огоньков. Один из них замерцал на кирпиче с едва заметным символом ограненного драгоценного камня. Цок - и раздавшийся гул возвестил об обнаружении спуска в подпол мастерской.
“Мастерство не проржешь”, ‒ усмехнулась волшебница.
Старлайт медленно вошла в подвал, осторожно переставляя копытца по крутым крошащимся ступеням. Огонек на кончике рога развеял загустевшую от древности тьму. Затхлый спертый воздух раздражал горло.
Обстановка вокруг явственно намекала о спешном отъезде хозяев, забравших только самое необходимое. Остались лишь ящики с неизвестным, но, судя по всему, не слишком ценным содержимым, и ветхий стол, когда-то служивший рабочим местом.
Давясь кашлем от многовековой пыли, Старлайт начала разгребать сваленные свитки и пергаменты с чертежами изделий, методиками обработки камней, заметками… План огранки на ближайший …год, актуальные объемы добычи ценных минералов, план закупки инструментов, приказ на огранку драгоценных камней для Ее Солнечного Величества, заметки главного ювелира…
Стоп. Старлайт остановилась и быстро вернулась к предыдущей бумаге. В документе перечислялись самоцветы, привезенные из кристальных рудников Минас-Жереберайс, добытые за прошедший квартал, и в списке значились турмалины темно-красного цвета, с пометкой особой важности: “Для изготовления ожерелья для Ее Королевского Величества Принцессы Селестии ко Дню Рождения Ее Светлости”.
Единорожка отложила пергамент и взялась за заметки главного мастера гильдии, испещренные мелким аккуратным почерком. Единорожка жадно впилась взглядом в строчки текста:
“...когда, по личному приказу Ее Величества, Принцессы Селестии, мне на дообработку поступили самоцветы, я был несколько удивлен неожиданной срочностью заказа, поступившего в не самое подходящее для гильдии время: мы были заняты сборами для грядущего отъезда в новую столицу Эквестрии. Но повеленья Ее Высочества обсуждать не принято, раз сказано – значит, будет исполнено. Мною сразу были опознаны эти самоцветы – я лично занимался их огранкой. Камни напитаны огненной магией высшего порядка, что привело к изменениям их и в цвете, и в структурных свойствах. Я и восхищен, и поражен: эти турмалины должны были быть опалены, воистину, божественным пламенем, словно они побывали в недрах самого солнца. Даже в нашей мастерской добиться таких условий обжига невозможно.
…Беспокойство мое велико, и обусловлено не только неожиданным моим открытием. Несмотря на все мое мастерство, я не могу полностью нивелировать последствия того инцидента, что, вне всякого сомнения, так желает скрыть принцесса.
Произошедшее есть величайшая для меня загадка, но я точно знаю лишь одно: эта, бесспорно, важная тайна Ее Величества умрет вместе со мной”.
Королевские турмалины, изменившие цвет в магическом пламени. Ювелир, прикоснувшийся к запретному и поклявшийся хранить секрет. Летописец, таинственно исчезнувший из анналов прошлого.
Старлайт перечисляла известные факты.
Друг за другом, раз за разом…
Проходя мимо входа в полуразрушенный главный зал, кобылка ойкнула от того, что бок ее нестерпимо жгло. Она скинула сумку и магией осторожно подхватила самоцвет. Камень пылал так, будто из его сердцевины пыталось вырваться пламя. Он словно кричал, пытаясь что-то сказать.
Он звал ее внутрь, в замок.
“Зайди и узри…
Узри тайну, скрытую Солнцем, хранимую Ночью”.
Тронный зал с пробитой брешью в высоких сводах. Окна, ощерившиеся осколками цветных витражей. Расколотые троны. Это место было пропитано темной магией, сочилось ею, словно ядом. Внезапно очертания вокруг Старлайт начали расплываться, тонуть, будто в мареве, и колыхаться, словно мираж в знойной пустыне.
Это произошло здесь.
Старлайт вытащила из седельной сумки свиток и прочла заклинание, держа турмалин перед собой:
«Предмет, открой мне тайну на՛ви,
Пусть прошлое предстанет в яви.
Тени далеких веков, оживите,
Сию историю мне покажите!»
Видения и образы захлестнули голову Старлайт. Обрывки воспоминаний, запечатанные в камне, хороводом бежали перед ее глазами, кружа голову.
…Она стоит, объятая вихрем языков огня. Свет, нестерпимый и яркий, как сияющий меч в палатах тьмы, рассекает рокочущий пред нею шторм. Бирюзовые пронзительные глаза устремлены на Нее, горя ненавистью и вызовом. В нагруднике противницы Она видит королевское свое отражение: доспех адского заката пылает светом тысячи солнц, пламень стал ее гривой, ласкающий белый алебастровый лик. Хищно сузившиеся янтарно-желтые глаза рвут душу Старлайт в клочья. С губ ее (ее ли?..) срывается торжествующий крик:
«Я - ЭТО ПЛАМЯ! Я - ТВОЯ СМЕРТЬ!»
…Темнеет все вокруг. Кошмарное видение засасывает маленькую пони внутрь себя, в вихрь, лишенный света и надежды. Конвульсирующее сознание единорожки отчаянно сопротивляется, но тщетно.
Внутри кошмара никто не услышит твой крик…
«КРОМЕ МАТЕРИ НОЧИ».
Сильный голос потряс эфемерное пространство. Кантерлотский церемониальный глас тысячей нот пронзил сердце кошмара. Хрупкая сиреневая фигурка была подхвачена порывом живительного ветра надежды и унесена через портал в другой иллюзорный мир.
Она легкая, словно перышко.
Гибкая, будто тростинка.
Умиротворенная, как гладь горного озера.
И чистая, словно хрусталь…
Старлайт обнаружила себя медленно парящей где-то в пустоте, усеянной россыпью звезд, сверкающих подобно слезам самой принцессы Ночи. Под кобылкой раскинулись пестрые просторы ее родного мира. Причудливое полотно царства грез завораживало и заставляло душу пони благоговейно трепетать…
Пространство бескрайнего космоса перед Старлайт завихрилось и предстало перед ее взором в виде облаков космической пыли, слепившихся в образ Матери Ночи.
- Принцесса Луна… ‒ изумленный, и в то же время наполненный облегчением шепот слетел с губ единорожки. – Наконец-то вы пришли развеять этот кошмар!
Бирюзовые полумесяцы лунных глаз печально блеснули.
- Увы, Старлайт Глиммер. Ты первая из смертных, кто сумел узнать величайшую кошмарную тайну той, кто зовет себя моей сестрой. Всеобъемлющая народная любовь, боготворение и подобострастие подданных, прославляющих ее и День, что милостиво даровала им Владычица Солнца, разожгли в ней всепожирающий жадный огонь.
Над горизонтом зарделась алым пламенем заря наступающего нового дня. Старлайт изумленно распахнула глаза. Звезда по имени Солнце вдруг воссияла так нестерпимо ярко, что единорожке пришлось зажмуриться и прикрыть глаза копытцем. Пульсация света уж стала невыносимой и вдруг, родившись новой, особенно яркой вспышкой, резко потухла... Кобылка робко приоткрыла глаза. Над сожженной планетой разверзся диск черной дыры, вокруг которого обреченно светилось гало разогретого звездного газа, что вселенское чудовище начало засасывать внутрь себя. Огромная брешь в бездну на полотне бескрайнего пространства вызвала в Старлайт всепожирающее чувство ужаса.
Туманность из волнующихся космических облаков сумеречно-синего цвета печально смотрела куда-то в бесконечность.
- Но чем ярче горит светило, тем быстрее оно сжигает все на своем пути. Я пыталась воззвать к Селестии, мольбами, уговорами, угрозами… но услышать меня было уже некому. Селестия умерла в тот день, когда ее солнце перестало дарить тепло ради любви, а стало готово сжечь все дотла ради безграничной власти. Так родилась… Дейбрейкер. Имя, коим нарекла она сама себя.
- Значит... – прошептала кобылка. – Это ее кошмарные воспоминания хранит турмалин?
Космическое облако кивнуло.
Два бирюзовых месяца гневно сверкнули. Как громом пораженная, Старлайт изумленно наблюдала, как два маленьких аликорна, золотой и иссиня-черный, сотканные из клочков грозовых облаков, танцевали перед ее носом, поражая друг друга крошечными молниями.
Спустя мгновение тяжелого молчания, принцесса продолжила:
- Когда слезы мои иссякли, я в открытую разоблачила ее новую суть и бросила ей вызов. Мы бились на равных, но сестра всегда славилась своей изворотливостью и нанесла удар исподтишка, стремительно и точно, словно ядовитая змея… Я не успела отразить натиск ее чар, и Великое Заклинание Изгнания заточило меня на луне. Так Дэйбрейкер окончательно узурпировала трон. Приняв лживый облик нежной и милосердной пони, она наслаждалась всю эту тысячу лет единоличной властью, переписав историю и выставив злодейкой МЕНЯ!
Резкий, будто удар хлыста, громовой раскат. Туманный силуэт Луны побагровел, и облака, из которых он состоял, будто налившись свинцом, готовы были проломить сновидение своей тяжестью бессильной ярости. Кобылка съежилась в маленький сиреневый комочек, испытывая благоговейный страх перед Матерью Ночи и всеобъемлющий ужас перед тайной личиной принцессы Солнца. Солнца, что всегда дарило им радость и тепло, было символом надежды и любви…
Голос Луны стал угрожающе низким, похожим на рокот грозовых туч.
- Спустя проклятую тысячу лет заклятие начало терять силу. Оковы моей темницы ослабли, а звезды помогли мне бежать. Десять веков я вынашивала план реванша – но Дэйбрейкер отказалась вступить со мной в новый конфликт. К ее удивлению, сохранять баланс в новом мире без меня и моей ночи оказалось не так просто. Стало ясно, что гармония этого мира слишком шатка, а королевство Света, о котором она так грезила, было обречено в итоге сгореть в своем же пламени, реши она окончательно установить диктатуру Солнца на небосводе. Она позволила мне вернуться и вновь занять лунный престол, а я подыграла в ее спектакле перед Твайлайт и ее подругами. Но Дэйбрейкер не собирается видеть меня полноправным диархом.
Темный силуэт Луны мягко приблизился, жестом приглашая присмотреться к ее груди. Старлайт осторожно подалась вперед, рассмотрев королевскую регалию на сотканной из тумана шее ночной принцессы – ониксовое ожерелье с выгравированным силуэтом в виде серебряного серпа. Присмотревшись, Старлайт заметила, что полумесяц обрамляет небольшую лунку-полость, из которой будто что-то извлечено.
- Когда-то его украшал лунный камень – артефакт-проводник моей силы, связывающий меня с родным светилом – луной. Но сестра вероломно отобрала самоцвет, и теперь мой королевский нагрудник украшает не полная луна… будто клеймо неполноценности. Я стала намного слабее, чем прежде. В таком состоянии я не могу бороться с Дэйбрейкер и отомстить ей за годы унижения. Я вынуждена просить твоей помощи, Старлайт Глиммер.
- Н-но… ‒ единорожка начала заикаться от волнения. – Принцесса Луна! Чем я, волшебница не самого высокого ранга, могу Вам помочь? Почему Вы не обратитесь к Твайлайт?
- Селестия – ее ментор с жеребячества. Твайлайт слишком предвзята в отношении ее руководящей понисоны, и это может помешать моему плану, ‒ резонно заметила Луна.
- Да, Вы правы, ‒ Старлайт склонила голову в раздумьях.
- Ты сильно недооцениваешь скрытый в себе потенциал, Старлайт Глиммер. Кому еще из ныне живущих удалось отыскать и применить заклинание путешествия во времени, созданное самим Старсвирлом Бородатым? – Луна-туманность склонилась к единорожке. – Ты находчива и независима в своих суждениях. Именно такого союзника я искала столько лет, и, наконец, нашла его. Только ты способна понять мои чувства: отверженности, разочарования, горя одиночества и личную трагедию проигрыша. Селестия не просто приняла свою высокомерную темную сторону – она отвергла меня, предала, применив древнее заклятие изгнания против родной души, и не собиралась его снимать! – голос принцессы становился все громче, подпитываемый клокочущей внутри нее яростью. – Только лишь потому, что мне удалось бежать, она снисходительно позволила мне находиться рядом с ней, но не быть равной. Кто, как не ты, способен понять всю горечь угнетенного моего положения?!
Слова принцессы отозвались в Старлайт болезненным резонансом. Единорожка, поддавшись всклокотавшему в ее сердце чувству справедливости, вскинула голову и решительно произнесла:
- Можете рассчитывать на меня, принцесса Луна.
Старлайт сидела перед распахнутым окном, провожая взглядом красно-оранжевый солнечный диск, клонившийся к горизонту.
Прошла уже неделя с тех пор, как принцесса спасла ее рассудок от кошмарных воспоминаний, заключенных в турмалине Дэйбрейкер. Твайлайт со Спайком вернулась пару дней назад и была слишком увлечена впечатлениями от поездки, чтобы заметить упитанных кошек, скребущихся на душе Старлайт.
Тяжесть ноши от осознания того, что окружающий ее такой привычный мир оказался выстроен на столпах лжи, созданных открывшейся новой стороной древнего конфликта, нагоняла тревогу и ощущение беспомощности. Запретное знание, открывшееся ей, словно изолировало ее от всех пони на земле.
Ученица принцессы Дружбы никогда еще не ощущала себя настолько одинокой.
- СТАРЛА-А-АЙТ!
Единорожка, подхватившись, слетела со стула и поспешила по кристальным залам замка Дружбы на звонкий голос Спайка, испытывая странное жжение на крупе.
Наставница и ее помощник находились в главном зале, склонившись над картой Дружбы. Подбежав поближе, Старлайт узрела причину переполоха – ее кьютимарку, порхающую над кристальной миниатюрой королевского дворца Кантерлота.
“Как седалищным нервом чуяла”.
Метка Глиммер ритмично пульсировала мягким мерцающим светом, подтверждая правоту ее догадки.
Отвисшая челюсть Твайлайт говорила сама за себя.
- Не могу поверить! Карта ведь никогда до этого не выбирала меня, ‒ изумленно выдохнула Старлайт.
Спайк ухмыльнулся.
- Подозреваю, что выражение морды лица Твайлайт не только из-за этого такое красноречивое, ‒ легким движением когтя дракончик вернул челюсть аликорна на место.
Твайлайт помотала головой.
- Еще и потому, что тебе предстоит отправиться в королевский дворец! – принцесса Дружбы взволнованно переступила с ноги на ногу. – Рога не приложу, что, во имя Эквестрии, там могло стрястись?!
Старлайт закусила губу.
Наставница начала суетиться в привычной своей манере.
- Хочешь, я поеду с тобой?! Нет-нет, я не должна… раз карта вызвала только тебя, значит, на это есть объективные причины, верно? – Твайлайт в этот момент по большей части пыталась найти компромисс с паникующей собой. – А вдруг это ошибка?! Конечно, не потому, что карта выбрала тебя, а потому, что до этого она никого и никогда не отправляла в одиночку! – лавандовый аликорн нервно засмеялась. – Ну, ничего-ничего, судя по всему, это что-то незначительное, проблема из разряда ссоры придворных стилистов по вопросу, какого цвета платье, сине-черное или бело-золотое…
- А может, королевские сестры нуждаются в помощи? – задал непринужденный вопрос Спайк, с энтузиазмом подхвативший эстафету.
- НЕТ! – аликорн так резко обернулась к дракончику, что ее позвонки истерически хрустнули. – Луна и Селестия никогда, в трезвом уме и здравой памяти, не будут ссориться! – Твайлайт запнулась. – Снова…
В воздухе повисло неловкое напряжение, и все вновь уставились на карту. Она же безмолвствовала, будучи непреклонной в своем решении.
“Если бы ты знала, Твайлайт, ох, если бы ты знала…”
Темно-синяя кучевая туча в виде принцессы Луны удовлетворенно кивнула.
- Прекрасно. Вот и повод тебе появиться у нас при дворе. Дэйбрейкер не должна ничего заподозрить.
- Принцесса, ‒ Старлайт замялась, ‒ как Вы думаете… Может, Ваша ситуация с сестрой и есть та проблема дружбы, на которую указала карта?
- Возможно, ‒ прогудело облако. ‒ Тогда выбор мой тем более верен.
- А может… ‒ Старлайт еще больше замялась. – Есть другой способ разрешения возникшей ситуации?
Луна недоуменно приподняла бровь из перистых облаков.
- Может, если Вы согласитесь… я смогу выступить посредником в Вашем новом разговоре с сестрой? – Старлайт уже жалела, что ее губы произносят это предложение. Но она чувствовала, что должна была его озвучить.
Туманный аликорн гулко выдохнул порыв морозного ветра.
- Ты понимаешь, моя маленькая пони, с чем нам предстоит столкнуться? С чем довелось в свое время столкнуться МНЕ?
- Конечно, я пытаюсь Вас понять, Ваше Величество, хоть до конца и не могу… Но прошло так много лет. Если Дэйбрейкер хотела абсолютной власти, то почему она лишь изгнала Вас, а не убила? И… все же почему сейчас не убрала Вашу фигуру со своей шахматной доски интриг?
Луна мрачно хмыкнула.
- Селестия всегда умела виртуозно скрывать свою истинную сущность. Она подобна кошке, играющей с мышкой, паучихе, дергающей за ниточки и плетущей свои сети вокруг жертвы. Она считает вполне заслуженным наказанием для меня возможность ощущать свою слабость, склониться пред ее силой. Вряд ли ее властолюбие сможет пойти на уступки. Мне нужно вернуть лунный камень. И тогда, ‒ темный аликорн торжествующе фыркнул, ‒ я смогу показать, насколько велика тень, отбрасываемая ее солнцем.